"Вдовы" Мрожека в "Балаганчике": абсурд, помноженный на два | Твой Саратов

Абсурд, помноженный на два: в «Балаганчике» поставили Мрожека

Вдовы

Да здравствует абсурд! В театре драмы, музыки и поэзии «Балаганчикъ» состоялась премьера спектакля «Вдовы» по пьесе Славомира Мрожека. А точнее, режиссер Олег Загуменнов литературной основой этой постановки сделал сразу две пьесы польского драматурга-абсурдиста: «Вдовы» и «Графская пломба», получился абсурд вдвойне, вместо драматургического развития спектакль в середине делает сюжетный кульбит и одновременно переключается с гротеска на пародию.

Две вдовы случайным образом встречаются в кафе и выясняют, что их мужья дрались на дуэли, оба погибли, но вот из-за кого: из-за них, или таинственной Третьей? Не станем раскрывать, кто была та таинственная дама, лишь намекнем, что особа эта весьма роковая!

В первой половине спектакля мы вместе с его создателями и автором исследуем феномен идеальной жены: у нее всегда наготове обед (чтобы муж был накормлен), теплый шарф (чтобы его не продуло) и совет в любой жизненной ситуации. Абсурдный диалог первой и второй вдовы (Ирины Коротковой и Елены Смирновой), в который время от времени вмешивается официант (Данила Шувалов), набирает обороты на сюжетных виражах.

Ирина Короткова и Елена Смирнова

Юмор Мрожека во «Вдовах» балансирует на грани иронии и гротеска. Ирине Коротковой и Елене Смирновой удается и рассмешить, и ужаснуть зрителя: их героини комичны и ужасны в своей нелепой уверенности в собственной непогрешимости, актрисы виртуозно балансируют на грани этих двух состояний, а зрители только успевают следить за молниеносным пинг-понгом их беседы, браво!

Мелодраматичность «первого действия» при переходе от одного драматургического материала к другому резко меняет тональность, и эта модуляция имеет резко комический эффект. В том же самом кафе встречаются два незнакомых друг с другом персонажа (Михаил Юдин и Александр Котелков). Их вынужденное общение превращается в бурное выяснение обстоятельств прошлого, кишащее душераздирающими семейными тайнами и адюльтерами.

Михаил Юдин

В рамках этой пародии на мыльные оперы Михаил Юдин и Александр Котелков резвятся на ниве взаимных разоблачений. Герой Юдина простодушен до глупости, персонаж Котелкова — гипертрофированный апломб, стоит ли говорить, что с их появлением легкие смешки в зрительном зале перерастают в гомерический хохот.

Александр Котелков

А что же загадочный шестой персонаж? О, эта дама раскроется в кровавой развязке, она и есть главный кукловод. И пусть драматург совсем лишил ее дара речи, все скажет ария из «Пиковой дамы» Чайковского: кто знает, куда заведут вас мелкие и большие, роковые и преступные, тайные и явные страсти. Ваша жизнь не в ваших руках. (Занавес).