Олег Лоевский и Алексей Логачев. Четвертая высота.Вчера в Саратовском ТЮЗе стартовал форум-фестиваль «Век детства», который приурочен к 100-летнему юбилею театра. И начался он с творческой лаборатории «Четвертая высота», которая проводится уже в четырнадцатый раз. Поскольку лаборатория проводится за два дня до юбилея, содержание ее стало необычным. Она прошла с подзаголовком «Любимые авторы мастера»: для эскизов выбирались пьесы, которые долгое время шли на сцене ТЮЗа, эти спектакли помнят многие поколения зрителей (и не только саратовских, что стало ясно во время обсуждения), эти постановки ценил худрук ТЮЗа Юрий Петрович Киселев. Театр решился на смелый шаг: посмотреть глазами современных режиссеров на легендарные классические тексты и на значимые для истории театра названия.

Начался лабораторный день с эскиза спектакля «Мы на острове Сальткрока» по повести Астрид Линдгрен, над которым работала московский режиссер Виктория Печерникова. В Саратовском ТЮЗе эта инсценировка шла под названием «Колбаска, Боцман и другие». Легендарный спектакль Ю.П. Киселева, в котором принимали участие Светлана Лаврентьева, Тамара Цихан, Борис Федотов, Людмила Шишкина, Людмила Щербакова, Сергей Сосновский, Тамара Лыкова, Владимир Краснов, Григорий Цинман. Для всех, кто видел этот спектакль, даже в очень нежном возрасте, он навсегда останется в памяти – очень ярким, светлым воспоминанием. Детские восторги не забываются, а потому с полной уверенностью можно сказать, что этот спектакль до сих пор живет в сердцах очень многих саратовцев.

В лабораторном эскизе очень обаятельным и достоверным получился дуэт Кристины Топчевой и Ольги Лисенко (Колбаска и Стина), а Михаил Третьяков в роли сенбернара Боцмана покорил зрителей добродушием и невозмутимостью. Директор Карлберг и Лиса становятся здесь одним персонажем (Анастасия Бескровная), который пытается разрушить маленький уютный мир островных жителей. Эскиз наполнен шведскими песнями, танцами.

На обсуждении спектакля вскрылись проблемы, которые волнуют современный детский театр: выступающие критики, вольно или невольно обращались к своим воспоминаниям о старой постановке, и сравнения, к сожалению, делались не в пользу эскиза. Главной претензией стала утрата современными актерами особой, «киселевской» техники актерской игры: Юрий Петрович культивировал в актерах детское начало, сейчас эта техника утрачена. Заслуженный работник культуры РФ Татьяна Тихоновец из Перми выразила ощущение, что в этом спектакле ощущается борьба нового и старого театров, и «пока старый театр побеждает».

Надо сказать, что мнения театральных критиков и обычных зрителей разделились: профессиональное сообщество увидело в эскизе больше недостатков, зрители наоборот, признаваясь в любви к киселевской постановке, отмечали, что новый взгляд на любимых героев им тоже симпатичен, и ратовали за то, что это название должно появиться в афише театра. Автор книги о Юрии Петровиче Киселеве Валерий Владимирович Прозоров напомнил критерий, по которому мастер оценивал спектакли: «трогательный или нетрогательный», — заявив, что эскиз показался ему трогательным.

Именно в этом обсуждении и в этом расколе мнений обозначились проблемы, которые, возможно, ярче прозвучат на круглом столе «Век детства», который состоится в театре сегодня.



Вторым лабораторным эскизом стала инсценировка И. Мироненко и М. Воронцова повести Федора Михайловича Достоевского «Вечный муж». В этом киселевском спектакле блистали Юрий Ошеров и Григорий Цинман. Но в эскизе, над котором работала режиссер из Санкт-Петербурга Галина Бызгу, наметился блестящий дуэт Алексея Чернышева (Вельчанинов) и Антона Щедрина (Трусоцкий). Режиссер использовала прием чтения ремарок, заставив их работать на глубину образов, где нужно – подчеркивая черты характера, где-то создавая дополнительное психологическое напряжение и драматизм, где-то – уводя спектакль из плоскости психологического триллера в черную комедию. История развития взаимоотношений Вельчанинова и Трусоцкого вбирает в свой водоворот множество эпизодических персонажей, каждый из которых проработан до мельчайших нюансов, а потому позволяет этой истории выйти на новый уровень: затравленная и измученная Лиза Александры Карельских, самоуверенный и простоватый Лобов Артема Яксанова, суетливая Мавра Тамары Цихан, вздорная Липочка Жанны Волошиной, трепетная Катя Марии Лучковой, недалекая мадам Захлебина Татьяны Чернышевой и многие другие.

На обсуждении и зрители, и профессиональные критики были единодушны в восторженных отзывах о режиссерской разработке и об актерских удачах эскиза. Главный редактор «Петербургского театрального журнала» Марина Дмитревская отметила «совершенно невероятную работу с артистами. Такая сцепка Алексея и Антона! Это очень достоевские персонажи». А главный редактор газеты «Экран и сцена» Екатерина Дмитриевская  нашла параллель с фильмом «Любовник» Валерия Тодоровского.

Актриса театра Татьяна Чупикова выразила надежду, что Достоевский вернется в театр, несмотря на сложность материала, потому что это «диалог, который нужен зрителю», и все выступавшие выражали надежду на то, что эскиз обязательно будет взят театром в работу.

Режиссер поблагодарила актеров и театр: «Это было непросто и страшно. Огромное спасибо труппе! Я в ошеломлении нахожусь от труппы и театра».



Завершал этот длинный лабораторный день эскиз спектакля по пьесе Виктора Розова «С вечера до полудня». Главный режиссер театра Алексей Логачев напомнил зрителям, что Розов для Саратовского ТЮЗа – особенный автор, все его пьесы шли в театре, но выбор пал именно  на эту. А руководитель лаборатории Олег Лоевский заметил, что «когда выбирались пьесы, Розов вызывал самое серьёзное опасение», так как его пьесы сильно мифологизированы, а типаж прямодушных «розовских мальчиков» слишком далек от собирательного образа современного молодого человека.  О своих опасениях вспоминали многие и во время обсуждения, главным лейтмотивом которого стало восхищение и актерскими работами, и разработкой режиссера Кирилла Сбитнева.

Олег Лоевский заметил, что впервые розовский материал прочитан как «пьеса про любовь». В интерпретации Кирилла Сбитнева история не самой здоровой по атмосфере семьи, в которой каждый герой находится на пике личных проблем, оказалась историей о людях, которые мучительно любят: Нина (Ирина Протасова) – Лёву (Артем Кузин), Ким (Алексей Ротачков) – своего сына Альберта (Олег Верин), Андрей Трофимович (Юрий Ошеров) – себя в искусстве. И под таким углом зрения пьеса прозвучала абсолютно современно. Встречи и разлуки, несчастная любовь и проблема выбора, муки творчества и поиски своего пути – вечные проблемы, которые и делают классику классикой, несмотря на десятки лет, которые, казалось бы могут стать непреодолимой пропастью для прочтения материала, а могут стать лишь отправной точкой, антуражем для разговора со зрителем. Стоит ли говорить, что опять все выступавшие сошлись во мнении, что эскиз достоин того, чтобы работа над ним была продолжена.

«Четвертая высота», прошедшая в преддверии юбилея театра, стала особенной не только по выбору сценического материала, но и по результату. Редкое единодушие публики, когда два «взрослых» эскиза вызвали столь бурно выражаемые восторги и восхищение артистами Саратовского ТЮЗа, которые за считанные дни смогли создать объемные, глубокие образы своих героев, а также разработками режиссеров, приводит автора этих строк к незамысловатому выводу: не существует проблемы классики в современном театре, она (и советская, и великая русская) остается актуальной во все времена в умелых руках режиссера, а вот проблема современного детского театра стоит как никогда остро (в чем мы и убедились во время обсуждения «детской программы» лаборатории. Наверное, этой проблемой надо переболеть, что возможно лишь в поиске нового театрального языка, который можно найти, лишь неустанно обновляя афишу Театра юного зрителя спектаклями (извините за тафтологию) именно для этого юного зрителя: и детсадовского, и младшего школьного, и подросткового возраста. Ждем!