Алексей Михеев и Юлия Танюхина4 октября в Саратовском театре оперы и балета прошла премьера балета «Super «Золушка»» на музыку Сергея Прокофьева в постановке заслуженного деятеля искусств Республики Карелия Кирилла Симонова.

Балет Сергей Прокофьев написал в 40-х годах прошлого века. С тех пор было много удачных постановок. Но в саратовском оперном создали новую версию (либретто Ольги Погодиной), созвучную времени, в котором создавалась «Золушка». Эпоха пятилеток и трудовых подвигов нашла свое отражение: Золушка живет в Стране Труда и работает в заводской столовой (заводом управляет мачеха). И все мечтают попасть за бетонную стену, в Заморское Королевство, где царит праздность и веселье. Остальные события происходят в русле, заданном Шарлем Перро, правда, мы не увидим примерку башмачка. Принцу достаточно будет посмотреть на Золушку, что вполне логично, к чему эти странные условности.

Артисты балетной труппы создали глубокие, запоминающиеся образы, проявив недюжинный драматический талант. Вера Шарипова в роли Феи – настоящая волшебница танца. Роль Мачехи здесь традиционно характерная, и с ней блестяще справилась Наталья Колосова, браво! Ну а виртуозный, изящный, романтический дуэт Алексея Михеева и Юлии Танюхиной (Принца и Золушки) по праву заслужил овации.

Художник-постановщик Сергей Болдырев и художник по костюмам Стефания фон Граурог воссоздают в спектакле антураж советских пятилеток. Яркие звезды на благородного серого цвета костюмах кордебалета, косыночки, зауженные брюки, принц в псевдо военной форме с одним лампасом, скромные, но стильные наряды Золушки – пиршество красок создает праздничное, и в то же время сказочное настроение. Сценография здесь максимально лаконична, как антитеза яркости костюмов. Сергей Болдырев больше играет цветом и светом. Угрожающе раскачивается маятник часов на красном фоне, напоминая о непременном условии, исполинские светильники отбрасывают мрачные тени – несчастный принц ищет свою Золушку. Игра света и тени здесь скажет больше, чем балетный станок, круглые столики, больничные кровати или лавочки. Все эти стилистические приметы, как и появляющиеся в финале спектакля лозунги «Реет новое искусство», «Радость, пой», «Даешь новые формы» – не только дань времени расцвета формализма в искусстве, но и своеобразная параллель с днем сегодняшним, в котором театр ищет новые формы для разговора со зрителем.