Константин Богомолов и Алексей Кравченко23 ноября Третий фестиваль имени Янковского встречал спектакль «Карамазовы» МХТ имениЧехова в постановке Константина Богомолова. И снова произошла интересная замена: в роли Дмитрия Карамазова на сцену вышел режиссер спектакля (Филипп Янковский не смог приехать на фетиваль из-за болезни). В спектакле заняты Алексей Кравченко, Марина Зудина, Дарья Мороз, Виктор Вержбицкий, Максим Матвеев (выпускник СГК, мастерская В.А. Ермаковой).

На пресс-конференции артисты и режиссер много говорили о методе работы в современном театре:

Константин Богомолов: «Я не выбираю артистов по гендерному, возрастному принципу, цвету волос. Мне просто кажется, что определенный человек воплощает персонажа, как я его вижу. Для меня Роза (Роза Хайрулина играет Алешу Карамазова – ред.) – это Алеша так, как я его себе представляю по человеческим качествам, по интуитивным подсознательным составляющим. Это не попытки провоцировать, это не концепт сложный, это просто подход к артисту, как к человеку, как к личности. Если вы обратите внимание, то в спектакле и братья не очень возрастно соответствуют роману и друг другу. Отец может быть одного возраста с сыновьями, даже младше… Это был ад для всех, и для меня, и для артистов.  Я видел, насколько это было психически тяжело и на грани срыва для людей, которые репетировали в этом спектакле… Театр прекрасен тем, что это абсолютная модель жизни. Он рождается (ты тратишь на него дикие усилия, мучаешься), проживает ограниченное количество времени и навсегда уходит, и он не останется в вечности. Поэтому театральные люди – это лучшая в мире компания людей. Нет лучше компании для общения. Они понимают, что они в вечности не останутся, поэтому они проживают здесь и сейчас. Помнить об актерах будут – на следующее поколение уже вянет память, а потом просто остается имя, а как он играл – мы не знаем. Это фантастическая модель жизни. Как это было сказано у Камю, «Жизнь бессмысленна, но жить ее стоит так, как будто это имеет смысл». Это и есть театр. Мы живем так, как будто это имеет смысл, и сгораем».Марина Зудина

Марина Зудина: «Я всегда любила классический театр и воспитывалась в традициях московского художественного театра, современный театр я не понимала, мне это было сложно. Такой подход Кости к работе я долго не могла принять. Он вызывает артиста, а потом вызывает другого артиста. Мне кажется, это сейчас единственный способ работать в современном театре… Мне кажется, это так интересно, когда ты приходишь и не знаешь, как играть. Я всю жизнь в юности знала , как играть, как правильно, у меня своя точка зрения была. Когда ты понимаешь, что театр безграничен. Понятие возраста, половой принадлежности – иногда это важно, а иногда вообще не важно. Когда ты идешь и не знаешь, что это будет, как играть, все твои штампы куда-то улетучиваются, это главное. Я в последние годы открываю этот современный театр, получаю огромное удовольствие. При этом какие-то спектакли Константина мне нравятся больше, какие-то я не очень понимаю. Когда он репетирует, он так убедителен, интересен и ярок, что хочется идти за ним. Может быть, понимаю, что это не совсем туда, а потом он поворачивает в другую сторону. С ним действительно интересно».

Спектакль Богомолова – это энциклопедия современной жизни, это чистый трэш, который не раз заставит содрогнуться от отвращения, это безответный крик отчаяния от беспросветного мрака, в который уже погрузился наш мир, это, наконец, не «фантазии режиссера Богомолова», как заявлено в программке, это его кошмары. Черные кресла и кафельные стены – то ли офис, то ли морг. Три плазмы – крупный план актеров и издевательские титры-ремарки «от автора», нет, не Достоевского, Богомолова, которые порой превращаются в эпический эротический бред, а порой «на блюдечке» преподносят нам выводы. Достанется всем: поп-музыке и масс-медиа, рекламе и индустрии красоты, ЛГБТ-сообществам и правоохранительным органам etc.Виктор Вержбицкий

Максим МатвеевВеликолепные актерские работы – мощная энергетика Игоря Миркубанова в роли Федора Павловича Карамазова (он же черт) действует на зрителя как электрошокер, завораживает пугающе отчаянный Иван (Алексей Кравченко), Виктор Вержбицкий в роли старца Зосимы и Смердякова (еще одна провокационная параллель-антитеза), Марина Зудина-Хохлакова удивляет новыми гранями таланта, а Роза Хайрулина, как всегда, создает маленький шедевр.

Константин Богомолов, говоря о работе над спектаклем, сказал, что, сохранив сюжетную канву романа, он не обращался к философским проблемам. На первый взгляд, это действительно так, герои не философствуют,  разговоры максимально просты.   «Бога нет, все позволено», – ключевая цитата романа Достоевского в спектакле не звучит, но ее все время держишь в голове. Потому что «Карамазовы» как раз о том, во что превращается мир и человек, на полную катушку эксплуатирующий «демократические ценности». Цивилизация сточной канавы, в которой закономерно и метафорично надгробие в виде сливного бачка, а жизни смываются в унитаз.