В театре драмы состоялся бенефис заслуженного артиста России Виктора Мамонова. Для бенефиса ведущий артист театра драмы выбрал рассказ Ф.М. Достоевского «Сон смешного человека», постановку осуществила завлит театра Ольга Харитонова.

Этот «фантастический рассказ», представляющий размышления о природе страстей и пороков человеческих, не самый идеальный по стилю, монологичный по форме был представлен в формате стендап-шоу. На разогрев вышел Максим Локтионов, который задал залу несколько вопросов, а потом перешел к представлению юбиляра, которое, в рамках жанра, было сделано в шутливой форме — «Виктор-наше всё-Мамонов». Но в каждой шутке есть доля шутки, и в шутливую форму прокралось искреннее восхищение коллег по цеху: «Он умеет соединять небесное с земным, трагическое со смешным и свою душу со зрительным залом».

На сцену опускается кричащая красная растяжка с надписью «Достоевский». Монолог смешного человека Виктор Мамонов начинает о себе, о том, что день его бенефиса совпал со Всемирным днем кукольника. Действительно интересное совпадение, ведь Виктор Иванович восемь лет преподавал мастерство актера на курсе артистов кукольного театра мастерской народной артистки РФ Татьяны Кондратьевой. Его выпускники служат не только в театрах кукол, в Саратове они выходят на сцену ТЮЗа, «Версии», театра русской комедии. А дипломные драматические спектакли «Республика ШКИД», «Тень», «Гроза» еще долго будут вспоминаться саратовскими театралами. Затем текст плавно становится целиком «достоевским», усиленная микрофоном история замыслившего самоубийство смешного человека, кажется, проникает далеко за пределы зрительного зала.

Но вот настала пора того самого заглавного сна, сна, в котором есть смерть и жизнь, есть счастье и грехопадение, есть боль и ужас, и есть надежда. И со сцены исчезает микрофон (стендап-шоу уходит на второй план), а спектакль становится исповедальным, драматическим. И мы буквально с головой окунаемся в эту несуществующую реальность, в которой все люди так гармоничны и счастливы, а потом трагично разрушают это свое счастье и нагромождают вместо него целую систему заблуждений. И мы страдаем вместе с героем, и понимаем его непростое решение… Такой негромкий, неэффектный, неослепительный, но пронзительный, глубокий и запоминающийся образ. Именно так, негромко, но доходчиво и должно звучать слово Федора Михайловича, «самого простого автора», по словам конферансье Максима Локтионова. Такой непарадный, неброский, но неординарный, настоящий бенефис, итог долгих лет на сцене. Просто невероятно, насколько разных, но всегда ярких, запоминающихся персонажей подарил Виктор Мамонов зрителям театра драмы: Клавдий («Гамлет») и Мишка Земцов («Жестокие игры»), Свидригайлов («Преступление и наказание») и Егор («Город ангелов»), Мольер («Кабала святош») и Борис Шилкин («Па-де-де»), отец Лоренцо («Ромео и Джульетта») и Яичница («Женитьба»). В этом ряду теперь и смешной человек. Браво!