Женщина из прошлого Игорь Баголей, Татьяна РодионоваНа Малой сцене театра драмы состоялась премьера спектакля «Женщина из прошлого»  в постановке Александра Созонова по пьесе современного немецкого драматурга Роланда Шиммельпфеннига. Эскиз спектакля был показан на летней творческой лаборатории «Видимоневидимо».

Роланд Шиммельпфенниг известен не только в Германии: его пьесы переведены на 20 языков и ставятся по всему миру. Он  лауреат премии Эльзы Ласкер-Шулер (самая престижная драматургическая премия в Германии), а его стиль уже получил собственное название: калейдоскопный.

Итак, Франк (заслуженный артист РФ Игорь Баголей) и Клаудиа (Любовь Воробьева) со своим сыном Анди (Алекcандр Островной) собираются переехать. Анди из-за отъезда расстается со своей подружкой Тиной (Дарья Ревина), пообещав любить ее всегда. У Франка и Клаудии за плечами 19 лет брака и безоблачная жизнь, а на пороге их квартиры, в интерьере которой почти не осталось мебели – только коробки с вещами, появляется возлюбленная Франка Роми (Татьяна Родионова). Она намерена напомнить ему об обещаниях вечной любви, данных 24 года назад и удалиться с ним вместе в закат. Выяснение отношений образует небанальный пятиугольник с элементами мистического триллера. «Женщина из прошлого» больше похожа на киносценарий: автор забегает вперед, потом оглядывается назад и раскрывает ситуацию – за 20 минут до этого, за  2 дня до этого. Этот нехитрый прием нелинейного повествования держит зрителя в постоянном напряжении, заставляя гадать, что же здесь все-таки происходит.Женщина из прошлого Игорь Баголей

Зрители помещены внутрь сценического пространства: они рассаживаются по всем комнатам квартиры Франка: кухня, гостиная, спальня, детская. Вместо стен здесь растянута пищевая пленка, повсюду установлены камеры и плазмы, так что мы из любой комнаты можем видеть, что происходит в других помещениях. Кресла зрительного зала превратились в зеленую лужайку и улицу, там тоже идет часть действия. Зрителей вовлекают в процесс выяснения отношений, они находятся внутри действия. Герои по очереди вещают в микрофон, демонстрируя душевный стриптиз, пытаясь понять мотивы своих и чужих поступков  – словно на телешоу рассказывают свои истории. Кажется, сейчас микрофон перейдет к нам, чтобы можно было высказать свое мнение. Интрига создается в любой момент, и даже такой избитый прием, как неожиданное воскрешение героини, подается здесь скорее комично.

Авторские ремарки у Роланда Шиммельпфеннига по сути своей таковыми не являются. Они перерастают либо во внутренний монолог, как в «До и после», либо рождают нового персонажа и становятся частью действия – как в постановке Александра Созонова. В «Женщине из прошлого» из ремарок рождается персонаж, которого у автора не было, – Ворон. Александр Каспаров в этой роли — и шаман, ритмично постукивающий колотушкой в бубен, совершая какой-то магический ритуал, и предвестник беды, дьявольский смех которого пробирает до костей. Шаманский бубен украшен гордым вороньим профилем, колотушка в виде пера потом превратится в нож… Это Ворон накаркал беду? Нет, это его визави, Роми, бумеранг из прошлого (или это Ворона: вся в черном, перо в кокетливой шляпке, уверенный размах рук — крыльев?) терпеливо, но уверенно пытается добиться своего. Они оба кружат над семьей, не подозревающей о своей неидеальности, выжидая удобный момент. Не зря же в нее бросают камень Тина и Анди, видимо почувствовали молодые люди ее потустороннюю сущность.Женщина из прошлого Александр Каспаров

Знакомство с ними – своеобразный флешбэк: прощание, обещание вечной любви. Но нет, это не Франк и Роми, это Анди и Тина.  Бесконечная история: обещания вечной любви, расставание, забвение, возмездие. Александр Островной воплощает в спектакле Франка второго издания. Зачем обещать то, чего никогда не выполнишь? Вопрос останется фигурой речи. Молодой человек уже оставил свою подружку в прошлом и идет дальше. Он беззаботно смеется, отмахивается от странных вопросов, он не знает, что уже перестал быть хозяином собственной судьбы.

В самом начале спектакля нам напоминают историю Пандоры, открывшей ящик с несчастьями. Этот образ будет развиваться: коробки открываются, а вместе с ними – выходит на свет давно забытое прошлое, которое влияет на будущее. Только одну коробку открывать не стоило.

Татьяна Родионова (Роми) околдовывает, заговаривает, зачаровывает мужскую половину семьи. В начале спектакля она взбалмошная незнакомка, в конце – Немезида, вершащая суд. Это перевоплощение столь же внезапно и ужасно, сколь закономерно и неотвратимо. Сцены-допросы Анди и Франка – две кульминационные точки спектакля, которые изменят и героев, и нас.

Семейная пара, чьи отношения казались идеальными и крепкими в начале, не выдерживает появления странной незнакомки. Любовь Воробьева (Клаудиа) иронична и трагична, уверена в себе и несчастна.Женщина из прошлого Игорь Баголей, Татьяна Родионова

Франк раскрывается перед нами постепенно. Впрочем, может быть, это Роми выводит его на чистую воду? Он совсем забыл о своих обещаниях и ее подарках. У него вызывает изумление тот факт, что Клаудия хранит воспоминания о давней поездке – сам-то он ничего не помнит. Игорь Баголей очень точно передает равнодушие своего героя: его изумляют воспоминания, которыми, оказывается, живут Роми и Клаудия, но они его не волнуют – только пренебрежительное недоумение на лице. Франк продолжает скользить по касательной к жизни. Он не испытывает никаких эмоций по поводу отъезда – его удивляют переживания Анди, что новый хозяин квартиры закрасит все 19 лет жизни здесь. Он не оглядывается назад, не задумывается о будущем. Игорь Баголей в начале спектакля лишь констатирует легкий дискомфорт своего героя, который по мере развития событий будет все нарастать. И вот уже он покажет нам свое настоящее лицо: брезгливо обвиняет жену в том, что она потеряла привлекательность. Еще один шаг – и он готов отказаться от нее, от сына, от прошлого…  вот и все, нет этих 19 лет – это одна из самых сильных сцен спектакля. Но и это будет шаг в никуда. Скрип разрываемой пленки. А была ли Роми? Была ли жизнь? Может, ничего и не было?