В театре драмы, музыки и поэзии – премьера. Премьера по Бродскому, это уже четвертый спектакль по произведениям поэта. Уникальная ситуация, пожалуй, не только для саратовского театра. Это снова авторский проект Михаила Музалевского (в «Балаганчике» уже идет его моноспектакль «Однажды в Ялте» — тоже по Бродскому), который грозит превратиться в трилогию. Актер и режиссер собирается восстанавливать еще один спектакль. Стало быть, это будет уже пятый.

У нынешней премьеры название – «Новый Жюль Верн».  Стихотворение-шутка, ироничное, смешное, удивительное, приключенческое  — эпитетами этот маленький шедевр можно награждать бесконечно (и все будут – правда!), стало осью, вокруг которой нанизано много разноплановых, разновекторных стихотворений великого поэта. Высказывания и размышления – лирические и философские, язвительные и отчаянные…

Было ли сказано слово? И если да, —

на каком языке? Был ли мальчик? И сколько льда

нужно бросить в стакан, чтоб остановить Титаник

мысли?

Мы не успеем не то что ответить – осмыслить эти вопросы, словно в горячке накиданные поэтом – и мчимся дальше. Как всегда, у Бродского путешествие – больше, чем путешествие, любовь – больше, чем любовь, это все только поводы к размышлениям, а вовлеченные в орбиту спектакля, эти смыслы умножаются друг на друга.

Вот мы увидим Рим его глазами: фривольные приключения на фоне поистине эпической картины — поэт сравнивает город с огромной волчицей, лежащей на спине, а купола римских соборов – с ее сосцами. Едва успев переварить этот сокрушительный образ, уже слышим отчаянную просьбу:

Глупцы умнеют. Лгуны перестают врать.

У подлеца, естественно, ничего не вышло.

…Если в первой главе кто-то продолжает орать,

то в тридцатой это, разумеется же, не слышно.

Сексуальная одержимость и социальный оптимизм,

хорошие эпиграфы из вилланделей, сонетов, канцон,

полудетективный сюжет, именуемый — жизнь.

…Пришлите мне эту книгу со счастливым концом!

Когда дело доходит до заглавного стихотворения — зрителям уже явно нужна разрядка. И «Новый Жюль Верн» ее дает в полной мере! Михаил Музалевкий перевоплощается поочередно во всех пассажиров злополучного корабля, ставшего жертвой гигантского спрута… Слегка жеманные дамы, деловитые матросы, лейтенант Жак — продолжающий писать письма даже в самой критической ситуации. Хоровод образов, которые быстро поглотит пучина.

Два романса на музыку Евгения Клячкина начинают и завершают спектакль. В зачине – «Романс Лжеца», в финале – «Романс Коломбины»:

Мы едем, едем по земле,

Покуда не умрем.

Дорога без конца, земной путь поэта — словно представление бродячего театра, кочующее с места на место, но заставляющее зрителей на мгновенье — остановиться, задуматься.